Скромный стол Густава Малера
Выпуск 28
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
В отличие от многих своих коллег, Густав Малер никогда не отличался большим аппетитом. Он был крайне умерен в еде и направлял всю свою энергию на искусство. Альма Шиндлер, ставшая женой Густава в 1902 году, подробно описывала гастрономические привычки мужа: «Завтрак состоял из свежемолотого кофе, хлеба, масла и, каждый день, нового сорта варенья». Что касается обеда, то он требовал простой, даже скромной пищи, но приготовленной безупречно, без малейшего следа жира или острых приправ. «Нужно было утолить голод, не соблазняя аппетит, и избегать тяжести», — по словам Альмы, муж неизменно придерживался диеты и ограничивал себя во многом.
Малер действительно не отличался крепким здоровьем. Но причина была не только в этом. В основе его воздержанности лежал этический принцип. «Всю жизнь, — говорил музыкант, — я сочинял музыку лишь об одном: как можно претендовать на счастье, если где-нибудь ещё страдает другое существо».
В молодости вслед за Вагнером Малер увлёкся идеями вегетарианства и немало общался с членами кружка социалистов, которые собирались в вегетарианском ресторане, куда приходили не ради пиршеств, а чтобы вести беседы. Однако в отличие от Вагнера, он никогда публично не проповедовал то, чего сам не придерживался в жизни. Дело в том, что байройтский мастер развивал идеи, которые не спешил применять к собственному рациону. На этом фоне принципиальность Малера была очевидна.
Однажды — дело было в Ольмюце — молодого композитора даже разыграли. Друзья подговорили кухарку добавить в его овощной суп куриного бульона для вкуса. На следующий день Малер с восторгом отозвался о вегетарианской кухне гостиницы, принялся угощать своим супом спутников и тут же заказал вторую тарелку.
В целом же, было заметно его стремление к тому, что мы назвали бы сегодня органическими продуктами. Сохранились, например, рекомендации музыканта употреблять «цельнозерновой хлеб из пшеничной муки, смолотой на каменных жерновах». И всё же у этого принципиального, во многом строгого человека была одна гастрономическая слабость, впрочем, тоже довольно скромная. Это картофельные кнедли с начинкой из абрикосов — классический австрийский Марилленкнедель. Малер настолько ценил этот десерт, что был искренне возмущён, когда влиятельный музыкальный критик Людвиг Карпат отметил однажды, что не испытывает тех же чувств.
Скромный стол Густава Малера, по воспоминаниям современников, конец XIX — начало ХХ века.
