Бытность и будущность
Выпуск 92
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Есть в русском языке удивительная пара слов-родственников: бытность и будущность. Предок у них общий: глагол «быть». Но одно застыло во времени, превратившись в канцеляризм. Другое встречается часто, звучит поэтично, и без него мы сегодня не мыслим ни карьеры, ни судьбы страны.
Слово «бытность» пришло в XI из церковнославянского языка, где у него было полновесное значение «существование», «бытие», созвучное латинскому existentia. В XVIII веке, свидетельствуют документы, «бытность» еще жила полной жизнью, изменялась по падежам, сочетаясь с разными предлогами, можно было что-то «за бытность свою» на каком-то месте совершить, а случалось и «по небытности», т. е. по отсутствию, пропустить что-то важное.
Но сегодня слово превратилось в «окаменелость», застыв в одном-единственном обороте: «в бытность в Москве», «в бытность министром» — это всего лишь пространственно-временные координаты, уж какое тут «бытие»! Жизнь ушла вперед, а форма осталась. Как грамматический реликт, предлог. Как зуб древнего ящера в палеонтологическом музее.
А «будущности» повезло больше. Она родилась позже, на рубеже XVIII и XIX веков, и сразу попала в вихрь языковых изменений. До «будущности» в высоком стиле царило «грядущее» — церковнославянское, торжественное, тяжеловесное. Пушкина волновало «грядущего волнуемое море». Лермонтов пророчил: «грядущее иль пусто, иль темно». А в обыденной речи использовалось нейтральное «будущее» — слишком будничное, по мнению тогдашних законодателей моды.
И вот приходит Карамзин со своей командой. Им нужно слово легкое, элегантное, как французское avenir, но при этом свое, русское. И карамзинисты создают неологизм — «будущность». По образцу «сущности» и «бытности», с модным суффиксом со значением абстрактности.
Консерваторы во главе с адмиралом Шишковым, придя в ярость, дали им бой: «Из русских слов делают нерусские! Тут и до „прошедшности“ и „настоящности“ недалеко!
«Настоящность» отмерла сразу (слово «настоящее» и так было достаточно книжным). А вот «будущность» прижилась. Почему? Потому что она заполнила пустоту. У «будущности» появился особый оттенок, которого не было ни у «будущего», ни у «грядущего». Когда мы мечтаем о «блестящей будущности», мы мыслим не календарно. Мы говорим о качестве жизни, о судьбе, о наполненности времени смыслом. «Будущность» — это будущее, эмоционально окрашенное, согретое человеческим ожиданием.
Бытность — просто факт пребывания. Я был — и всё. Будущность — это надежда, план, мечта, траектория.
