Ценности и нравственный закон

«Беда нашего общества состоит в том, что у наших образованных людей есть всё что хотите, но только в фальшивых ассигнациях, и очень мало в какой-нибудь реальной ценности», — писал Достоевский. И, конечно, он не имел в виду деньги: речь шла о ценностях духовных, девальвированных «хлестаковщиной», избытком «слов, слов и слов» и вычурных фраз.

«Ценностями» в русском языке принято называть и то, что имеет известную стоимость в денежном эквиваленте, и то, что ценно в переносном смысле, т. е. значимо: предметы и явления культуры, законы морали, нравственности и т.п.

О ценностях во множественном числе русские заговорили только в XIX веке — вкусив плодов Просвещения. А вот «цена» в значении «стоимость, плата» вошла в русский язык в X–XI веках, вместе с прилагательным «ценный». Некоторые даже предполагают, что слово образовалось из «се» и «на» и значит буквально «то, что дается в обмен на что-то другое», но вряд ли стоит этому верить. У древнерусской цены были не только славянские, но и другие родственники: греческое ποινή — «покаяние, возмещение», авестийское каэна — «возмездие», «месть», афганская, персидская, таджикская кинá — «злоба». Довольно быстро слово переосмыслилось: «цена» стала тем, чем можно было пожертвовать, например, достигнуть чего-то ценою своего счастья, а то и жизни.

Разделяемые большинством ценности становятся каркасом единства — страны, народа, людей. Не случайно говорят чаще всего о «системе ценностей», в которую включают, судя по публицистике, мораль, нравственность, мировоззрение, культуру, религию, а еще «правила оценок» и «образцы для подражания». Единство — тоже одна из главных ценностей. В системе координат с ним рядом оказываются «жизнь», «порядок» и «мир». «В единстве — наша сила» — не просто лозунг, а аксиома социальной физики. Ценности — это еще и коллективный душевный порыв, внутренняя потребность. «Чужих» ценностей сторонятся, самобытные — нарабатывают, выстраивают, «ценностная индивидуальность», простите за каламбур, в цене.

И знаете, что еще? Очень внимательно наши соотечественники относятся к разрушению системы, утрате ценностных ориентиров: и это понятно — ценности — это законы жизни. «Уважаю я в этих законах нечто такое, что по своей ценности далеко превосходит все подсказываемое мне склонностями», — вот такой «образец для подражания» оставил нам Лев Толстой.