Шостакович. «Нос»
Выпуск 61
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Едва переступив порог 20-летия, Дмитрий Шостакович всерьёз задумался о сюжете для своей первой оперы. Перебрав множество вариантов, он остановился на странном и неповторимом шедевре — повести «Нос» Гоголя. История носа, сбежавшего от хозяина, давала Шостаковичу идеальную основу для самовыражения: ведь Гоголю удалось соединить в этой повести острую сатиру и абсурдизм, и спустя сто лет те же качества сочетал в своей музыке молодой Шостакович.
В литературные соавторы он выбрал двух молодых писателей с удивительными судьбами. Александр Прейс работал «представителем конфетной фабрики по делам недвижимого имущества» — на деле эта формулировка означала труд ночного сторожа. А Георгий Ионин был беспризорником и вырос в Школе имени Достоевского, известной по книге «Республика ШКиД». Там он выведен под кличкой Японец.
Шостакович работал быстро: первый акт был написан всего за месяц, а второй — за две недели. Зато последний, третий, долго не давался автору — пока однажды Митя, как называли Шостаковича, не увидел странный сон. Ему снилось, что он спешит на генеральную репетицию оперы, но по дороге его всё время что-то задерживает. Когда он наконец вбегает в театр, идёт третий акт спектакля. Шостакович явственно слышит музыку этого акта, просыпается, бежит за рояль — и уже через несколько дней сдаёт в театр ноты законченной оперы.
Как и «Нос» Гоголя, партитура Шостаковича была прорывом в будущее. Сцены следовали одна за другой по принципу киномонтажа. А в восьмой картине композитор словно разделил воображаемый киноэкран на две части: мы видим одновременно две квартиры, майора Ковалёва и Пелагеи Подточиной, и наблюдаем за происходящими в них событиями, хотя по сюжету эти события разворачиваются в разное время.
Вопреки тому, что «Нос» — камерная опера, в ней больше ста действующих лиц. И в этом Шостакович и его либреттисты действовали словно по законам кинематографа, а не театральной реальности. В результате постановка требует даже от больших театров максимального вложения сил и грандиозных ресурсов.
Музыкальный язык оперы шокировал своей эклектичностью: сложнейшие фуги сменяются в ней польками и галопами, а в оркестре академические инструменты сочетаются с домрами и балалайками.
Настоящую музыкальную революцию Шостакович совершил в антракте между первой и второй картинами. Эту бурную и устрашающую музыку воспроизводит только ударная группа оркестра. Так на свет появилась первая в мире оркестровая пьеса для одних ударных.
Критики встретили премьеру оперы очень недружелюбно, и почти на полвека «Нос» исчез с лица советского оперного театра. Возвращение произошло в 1974 году, когда дирижёр Геннадий Рождественский и режиссёр Борис Покровский решились на постановку в столичном Камерном театре. Шостакович успел застать историческую премьеру — и через год ушёл из жизни. Тогда ещё никто не знал того, что теперь очевидно: опере с самым коротким названием была суждена долгая жизнь на главных сценах мира.
