Бетховен. «Шестая симфония»
Выпуск 54
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Думая о Бетховене, большинство меломанов представляет сурового борца за свободу и достоинство. Но музыканты хорошо знают, что есть и другой Бетховен: гармоничный олимпиец, будто живущий в раю изначально и не нуждающийся ни в какой борьбе. Контраст двух Бетховенов особенно очевиден на примере Пятой и Шестой симфоний, которые писались параллельно. С их нумерацией автор определился прямо перед премьерой, и чутьё его не обмануло: в итоге вышло, что практически все нечётные симфонии Бетховена — это музыка борца, а чётные — творения олимпийца. Венцы, пришедшие в 1808 году на авторский концерт Бетховена в Театр ан дер Вин, могли ощутить контраст в реальном времени: обе симфонии впервые прозвучали под управлением автора в один вечер.
За шесть лет до того в живописном предместье Вены Хайлигенштадте Бетховен пережил главный кризис в жизни: осознав, что его прогрессирующая глухота неизлечима, он оказался на грани самоубийства. Но потом сумел превозмочь боль и найти новые силы, волю к жизни и творчеству. Пятую симфонию принято считать летописью кризиса и триумфальной победы над ним. Ну, а в Шестой герой Пятой симфонии… отправляется в условный Хайлигенштадт уже как в санаторий — наслаждаться природой и впитывать в себя красоту окружающего мира.
Говорить об этом можно с уверенностью, потому что Шестая симфония программна: Бетховен снабдил каждую часть и симфонию в целом заголовками. Симфония названа «Пасторальной» — что обобщённо значит «природная, пейзажная, деревенская», а в дословном переводе — «пастушья».
При этом Бетховену важно было подчеркнуть, что его музыка — не просто звучащие картинки, а в первую очередь выражение человеческих чувств, возникающих на пленэре. Поэтому первая часть называется не «Прибытие в деревню», а «Пробуждение радостных чувств по прибытии в деревню». В ней на удивление много повторяющихся мотивов — такая техника, свойственная композиторам-минималистам второй половины XX века, во времена Бетховена была весьма непривычной. Эти повторы вдохновлены самой природой: Бетховен услышал в ней круговорот неизменных явлений, проявление вечной цикличности.
Во второй части — «Сцене у ручья» — виолончели передают журчание воды, а под конец Бетховен пишет настоящий концерт для природы с оркестром. Звучат узнаваемые голоса трёх птиц: флейта изображает соловья, гобой — перепёлку, а кларнет — кукушку.
В третьей части под названием «Весёлое сборище поселян» Бетховен позволяет себе добрый юмор по отношению к не слишком искусным деревенским музыкантам.
А дальше начинается самое интересное. В классической симфонии должно быть четыре части, но в «Пасторальной» — на одну больше. Всё дело в «Грозе» — именно так называется четвёртая часть. Во времена Бетховена предсказывать грозу ещё не умели — она врывалась в жизнь человека, резко меняя все планы. Так же вторгается в стабильный симфонический цикл вставная часть.
Но, конечно, люди издавна понимали, что гроза — необходимая составляющая гармонии природы, без этого стресса не может быть обновления. Вот и Шестая симфония без штормовой части не сложилась бы в гармоничное целое, и именно после грозы финал звучит как открывшееся второе дыхание.
Он называется «Пастушья песнь» и, наконец, объясняет заголовок «Пасторальной» симфонии. Возможно, образ пастуха был важен и для самого Бетховена. Не исключено, что ему — композитору-революционеру, ведущему за собой человечество в неизведанное будущее, — иногда хотелось просто побыть музыкантом-пастушком, который беззаботно играет на свирели и отвечает только за своё мирно пасущееся стадо.
