Чайковский. Первый концерт для фортепиано с оркестром

1958 год, Первый конкурс имени Чайковского. Американец Вэн Клайберн триумфально завершает программу фортепианным концертом № 1 Чайковского. Через несколько часов он станет самым популярным пианистом мира, а Первый концерт окажется символом оттепели в Советском Союзе и в его отношениях с Америкой.

Всего бы этого не случилось, если бы 35-летний Чайковский был более мнительным и ранимым автором.

Идея написать концерт завладела его мыслями в октябре 1874 года. 45-минутное музыкальное полотно было создано за полтора месяца, но для Чайковского и это было долго — он жаловался, что работает страшно медленно, отчего у него «порядочно расстроены нервы».

Накануне Рождества Чайковский решился показать опус лучшему пианисту Москвы Николаю Рубинштейну, в расчёте на которого писал сольную партию. Праздник для Чайковского был испорчен, и эта травма всплывала в его памяти ещё много лет. Он рассказал всю историю своей подруге Надежде фон Мекк:

«Я сыграл первую часть. Ни единого слова, ни единого замечания! Если б Вы знали, какое глупое, невыносимое положение человека, когда он преподносит своему приятелю кушанье своего изделия, а тот ест и молчит! Ну скажи хоть что-нибудь, хоть обругай дружески. Я вооружился терпением и сыграл до конца. Опять молчание. Я встал и спросил: „Ну, что же?“ Тогда из уст Н[иколая] Г[ригорьевича] полился поток речей, сначала тихий, потом всё более и более переходивший в тон Юпитера-громовержца. Оказалось, что концерт мой никуда не годится, что играть его невозможно, что пассажи избиты, неуклюжи и так неловки, что их и поправлять нельзя, что как сочинение это плохо, пошло, что я то украл оттуда-то, а то оттуда-то, что есть только две-три страницы, которые можно оставить, а остальное нужно или бросить или совершенно переделать. Словом, посторонний человек, попавший бы в эту комнату, мог подумать, что я манияк, бездарный и ничего не смыслящий писака, пришедший к знаменитому музыканту приставать к нему с своей дребеденью. Я был не только удивлен, но и оскорблен всей этой сценой».

Злословие Рубинштейна пошло во вред истории русской музыки: мировая премьера концерта состоялась не в Москве и не в Петербурге, а в Бостоне. За роялем был немецкий пианист Ганс фон Бюлов, которому Чайковский в итоге и посвятил партитуру.

Уже через несколько дней Первый концерт сыграли в Петербурге. Увы, для автора счёт опять был не в пользу родины: «концерт отчаянно изувечен дирижером Направником», сообщал он.

Прошло три года, и Рубинштейн, требовавший выкинуть концерт в мусорную корзину, включил его в свой репертуар. Он играл его в том числе перед многотысячной аудиторией Всемирной выставки в Париже. Тогда опус вызвал настоящее безумие парижан, и именно с этого успеха началась мировая слава Чайковского.

Ну, а негласное соперничество России и Америки вокруг Первого концерта пришло к примиряющему финалу в 1958 году. Концерт в исполнении Вэна Клайберна, ученика русской пианистки Розины Левиной, покорил советскую публику. Несмотря на воинственную пропаганду того времени, любовь к Клайберну заполнила Московскую консерваторию, Большую Никитскую улицу и всю столицу. Почувствовав это тепло, растаяли и американцы. А Клайберн на всю жизнь остался послом русской культуры — как и сам Первый концерт Чайковского.