Аберрация

Вы серьезно считаете, что во времена Даля все говорили строго по правилам из грамматик и учебников? Если да и вы будете ссылаться на авторитет заведомо грамотных грамматистов, я возражу: это типичная аберрация. Нормы менялись, учебники и словари не успевали за живой речью… Которая, кстати, изменила и само представление об «аберрации».

Слово кажется новым, недавно заимствованным, но это не так: как научный термин аберрация вошла в наш язык в древности — вместе с астрономическими трактатами, а массы освоили ее уже к середине XVIII века: есть свидетельство, что Фонвизин сражался за включение слова в словари как знакомого уже «многим неастрономам».

В словаре Даля аберрация есть. Прежде всего, как термин: в физике это — «рассыпчивость и россыпь ломаных лучей света», в астрономии — «кажущаяся перемена места светила», что можно описать привычным нам выражением «оптический обман». Но Даль фиксирует и аберрацию «в общем смысле»: как «излом, уклон» (от латинских ab «от» и errare «заблуждаться»). И да, так говорили: современник Даля, адвокат Кони ратовал, например, за «абсолютно конкретную искренность, в положительном смысле, без всяких завзятых аберраций».

Со временем в живой речи возобладали именно переносные употребления, связанные с любыми заблуждениями и отклонениями от нормы. Мы познакомились с аберрацией памяти, подсовывающей нам неточные воспоминания, с аберрацией сознания, искажённым восприятием реальности, с аберрацией вкуса — странными, нетипичными предпочтениями, «ненормальными» в представлении большинства. В наших организмах тоже внезапно обнаружились аберрации.

Музыковедческим термином аберрация не стала, однако и эта сфера приняла ее «общий смысл». Например, говорят об аберрациях звучания в экспериментальной музыке, имея в виду сознательные фазовые сдвиги, необычные тембры, расстройки. Или об аберрации, то есть искажении звука, всяких интермодуляциях, реверберациях и прочем. А могут так сказать и об отходе от канона. Возможностей много. Как и синонимов: девиация, отклонение, неточность, диссонанс…

Заслуга Даля в том, что он не механически внес «аберрацию» в словарь, а уловил её живой, пластичный смысл — он словно бы заранее знал, что слово разойдётся по разным смысловых тропам — от астрономии до психологии, от музыки до обыденной речи. Лексикограф оказался пророком: он дал слову свободу отклониться от нормы — увидев в этой аберрации главную движущую силу развития языка. И угадал потенциал слова, внимание к нюансам словоупотребления и готовность фиксировать даже зарождающиеся смыслы делают Даля не простым составителем словаря, а настоящим исследователем языковой динамики, чье наследие продолжает вдохновлять современных лингвистов.