Вагнер и вегетарианство
Выпуск 11
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
Того, кто знаком с идейными исканиями Рихарда Вагнера, едва ли удивят его взгляды на самые привычные вещи (в том числе на еду), сформулированные с этических позиций. В поздних статьях автора «Кольца нибелунга» красной нитью проходит скорбная мысль о глубоком нравственном упадке современного общества. Главный признак такого упадка Вагнер усматривает в культе насилия — в убийстве животных, кровопролитии и жестокости вообще. Возрождение человечества, был убеждён немецкий творец, возможно лишь через сострадание ко всему живому. «Как ты решился, здесь, в святой дубраве?» — укоряет рыцарь Гурнеманц Парсифаля, убившего в одноименной опере лебедя, и юный герой немедленно ломает лук и стрелы. Спасителем он оказывается не благодаря своим воинским подвигам, а благодаря способности сострадать.
Вы догадались, конечно: Вагнер горячо поддерживал вегетарианство, которое как раз в середине XIX века начинало укореняться в Европе. Однако было бы ошибкой представлять композитора человеком, который немедленно превратил свои убеждения в привычку. Для него вегетарианство вовсе не сводилось к организации собственного стола. Это был прежде всего мыслительный поиск, попытка воссоздать утраченную гармонию. Именно поэтому композитор поостерёгся утверждать, что возрождение человечества должно начаться с немедленного перехода на растительный рацион.
Возможно, столь суровое испытание оказалось для него самого слишком трудным, особенно учитывая его здоровье. Так, биографы вспоминают, что 25 сентября 1880 года композитор без восторга отозвался о предложенном ему вегетарианском меню. В январе 1881 года он изрёк за столом, что «жирный каплун прогоняет дурное настроение», а год спустя пришёл в превосходное расположение духа, когда ему подали бифштекс.
Кстати, за несколько лет до своих публикаций о вегетарианстве в беседе с Ницше тот же Вагнер отмечал, что, рассчитывая делать добро, человек северных широт нуждается в хорошей пище. В этой внешней непоследовательности кроется одна из особенностей вагнеровской натуры. Движение к высокой цели требует от человека умения рассчитывать собственные силы; его не следует путать с полным отказом от чего-то существенного и, тем более, с запретом. Вероятно, поэтому в операх композитора — например, в «Нюрнбергских мейстерзингерах» — так много застолий и запахов разной еды.
Вагнер и вегетарианство, авторские философские эссе 80-х годов XIX века.
