Табула десятая. Выше нос
Выпуск 10
В соответствии с требованиями РАО нельзя ставить на паузу и перематывать записи программ.
В Петербурге лишь каждый четвёртый день в году бывает солнечным. Пасмурная погода нравилась Шостаковичу. Его родной город становился похожим на тот, который некогда описал Гоголь, любимый писатель композитора: мрачно-величественным и загадочным.
В 1927 году композитор перечитал повесть «Нос». Мистическая история о том, как майор Ковалёв мечется по Невскому проспекту в поисках пропавшего носа, показалась интересной для оперного воплощения. Первые такты появились перед новым 1928 годом, когда Шостакович уединился в кабинете своей квартиры на улице Марата с видом на Невский проспект. Последующие части создавались уже в Москве, куда композитор переехал, соблазнившись предложением поработать в театре Мейерхольда. Он поселился в квартире режиссёра, расположенной в нескольких минутах ходьбы от Гоголевского бульвара.
Почти половина оперы была готова, когда в доме случился пожар. Ноты, к счастью, уцелели. Но это чрезвычайное происшествие Шостакович воспринял как сигнал к возвращению домой. Однажды за завтраком он рассказал матери, что ему приснилось, как он опоздал к началу генеральной репетиции «Носа», а когда вбежал в зал, то услышал музыку последнего, третьего акта. Звуки из сна композитор поспешил перенести на бумагу. Вскоре отнёс готовую партитуру в Малый оперный театр.
Оркестранты подняли автора на смех: ведь в музыке — сплошная фальшь! Певцы отказывались исполнять роли икающих пьяниц и дворников, читающих по слогам газетные объявления. Лишь к сотой репетиции артисты разобрались в необычных политональных наслоениях.
Перед премьерой Шостакович, будучи слабым оратором, отважился обратиться к ленинградцам с просьбой поддержать его первую оперу. 18 января 1930 года зал был полон. На начальных сценах в первых рядах раздавался хохот, свист — в последних. Часть зрителей направилась к выходу, не дожидаясь финала. Критики писали о сенсационно скандальной постановке.
23-летний композитор после премьеры попал в больницу с сердечным приступом. Оправившись, попросил дирекцию театра убрать «Нос» из репертуара, но получил отказ. До конца сезона оперу показали ещё 16 раз — больше, чем некоторые классические постановки.
